Сегодня я умерла. Просто умерла. Нет ничего в этом страшного…

Мое тело отвезли в морг. И теперь меня мои друзья и родственники воспринимают, как эти жалкие останки. Мясо плюс сморщенная кожа, да и кости.

 

И вот я вижу морг своей больнички (где я работала). Надо заметить.   Эту черную машину, которая тихо подъехала к заднему крыльцу нашего морга, распахнула задние двери, и показался гроб. Гроб, будет такой веселый. Обязательно коричневого цвета, например ольха.  Или вообще белого ,тут еще надо отредактировать. Сделает его добрый человек, знакомый дядька из антиквариата, что тоже тусует у нас в больничке. Простите, тусовал, когда,  я там еще обитала в форме души и тела. На нем, на гробу, хочу видеть нарисованных разноцветных бабочек и стрекоз, предположительно, это должна быть ручная работа, и выполнять ее надо себе в удовольствие, и конечно затратить фантазию. Можно пририсовать ( это уже подсказка)  даже черных муравьев, ну и, пожалуй, пару милых паучков. 

-Вынос тела…

И тут начнется шествие, великое и ужасное… Меня в детской  маске обезьянки вынесут из морга, пару санитаров, и пошутят что-нибудь про стрекоз или муравьев, на моем любимом гробу. Да, любимом, ибо он, почти, как дом родной, для того, что раньше было мною…

Из тачки, железной и на колесиках, меня кинут в гроб, именно кинут, ибо теперь ко мне можно проявлять неуважение, я же ничего возражать не могу. А до этого, когда подвезут к моргу….Ох….У меня прямо одна большая слеза на носу… Я буду обязательно обмотана белыми простынями, (теперь- то я уже знаю) и на пальце большей ноги будет номерок. Вот как весело. Вот теперь как мы модно одеты. Мужчины, женщины, подходите, не стесняйтесь, будем знакомиться.

 

А потом, (это обязательно будет летом), придет мой друг с баночкой пчел, и он грациозно залезет в машину, там, где будет гроб и громко скажет…

-Больше всего на свете она любила пчел… Скажет, громко и с таким дрожащим голосом, который будет исходить из самых истоков его нутра.

И наигранно заплачет. Выпустит их из банки, и они будут летать все время, пока меня повезут, в черной машине, дабы вместо маски обезьянки, переодеть меня в костюм белой лошади. Да, и хочу, чтобы никто не стеснялся. Если кто что, хочет дополнить, принимаются комментарии…

Белая лошадь, (это будет даже, единорог) уже ожидает меня дома, и вот еще что.

Хочу, чтобы, когда меня понесут закапывать, по кирпичной дороге кладбища  у уст единорога лежала книга Харуки  Мураками. Это примерно где то рядом с шеей и, не доходя до лошадиной морды. Будьте внимательны товарищи!

Вот. Еще хочу пригласить парочку кришнаитов для танцев, возле гроба, и две старухи, которые  были бы пьяные и спели что-нибудь в духе…

- Вот кто-то с горочки спустился, наверное, милый мой идет. Старух надо выбрать с особой осторожностью, ибо они должны быть, очень веселые и очень пьяные. И, конечно же, пару франтов для этих старух. Которые будут со шпагами наперевес, и с чаркой водки. Да, будем пить водку. Только не много, чтобы никто не свалился в мою могилку. Этого уже у меня не отнимешь. Тут уж я ни с кем делится, не обязана.

Да. Когда будут читать историю моей жизни. Нет. Этого не надо. Вот. Хе хе. Пожелание мое такое… Пусть прочтут историю жизни, кого-нибудь другого.

Например, ту историю, которую, когда то забыли прочесть. Пусть разыщут такого человека! Ее найдет и  напишет, один из моих друзей, надо заметить самых близких.  Распечатать всем гостям!

 Да, придти могут все, кто пожелает!

На закуску, пусть всех, прямо на кладбище, когда будут опускать гроб с единорогом,  угостят прелестной кашей. Да, это будет овсянка.

Закусим свежим огурчиком. И запьем молоком. На продукты скупиться не будем. Только давайте без мяса обойдемся. А то бедный единорог, будет не в своей тарелке. А тогда праздник, пиши, не удался. Ведь самое главное, что? Настрой главного героя нашего бала. Хоть может и последнего. Хотя я обещаю вернуться, и вздрючить, всех, кто собирается себя неподобающе вести на моих похоронах. Так что расслабляться, тоже не будем. Да, и будет примерно три минуты отпущены, для любителей поплакать. Это провозгласит главный тамада, и мы все как по команде ревем и рвем на себе волосы. Кому плакать не хочется, тот может потанцевать, под музыку, или посмеяться или постебаться. Стеб я учту, и оценю потом по десятибалльной системе.  И тогда, все  по очереди, могут сказать слово.

Но, ни мне…

А белому единорогу.

Речь примерно такая….

Мол.

Здравствуй, белый единорог, подари свой рог.

Частушки учитываются.

Но лучше, басни, или пословицы.

Ладно. Короче. 

Милости просим.

 

 

 

 

 

 

 

Двое, занимались любовью телами, в то время как души, где то гуляли каждая по себе. Трогали друг друга за разные места, сближались, отдалялись, называли по имени, и что-то кричали, иногда. Когда было совсем, невтерпеж.  А потом молчали, каждый о своем.  Двое сидели за столом пили чай, часто смеялись над чем-то, и улыбались, своему, внутри себя. Часто на них смотрели чашки с кофе или чаем, они были горячие и раскаленные и еще с рисунками.

Они, двое,  ходили по комнатам, взад и вперед.  Старались тихо, так как соседи, всегда интересуются чьей-то жизнью. Стучали в стены ложками, просили, чтобы соседи не делали громко музыку, так как седой, ледяной старик спал в соседней комнате. Может это была фигура изо  льда, а старика там давно уже не было? Но никто не знал об этом.

Старик всегда спал крепко, и двое проходили на цыпочках. Боялись чего то.  А один из них заглядывал в это седое, старое, холодное лицо и хотел прислушаться к голосу. Хоть раз его услышать. Но старик спал. И ни одного слова не говорил.

Потом был большой диван и варенье. Эти странные люди, наши двое,  пили чай и ели варенье, и чокались кружками, потому как вино нынче дорого. Потом они трогали друг друга, почти без слов и опять стонали. Но стоны были как в пустыне, где уже давно нет воды. Так и текла их жизнь.

Но однажды они увидели снег из окна. И стаю птиц еще. Было очень темно в комнате, и их прикосновения снова ни к чему не вели. Точнее вели. Но как-то странно. В них не было музыки, что ли…. И та, что была женщиной, захотела посмотреть на этих птиц и снег. Они сели у окна и  тогда тот, что был мужчиной, рассказал ей историю о семействе чаек, что жили на его крыше. А чайки летали в тот день очень медленно. Просто кружили и кружили возле окон. А девушка слушала эту историю и удивлялась, думая… Ей вдруг начало казаться, что этот человек, что сидит с ней рядом, совсем один. И она тоже совсем одна. Так вот они сидели, а птицы летали.

И когда последняя птица скрылась в ночи, она заплакала. Плакала она долго. А он молчал. И тогда, они услышали скрип двери. Этот ледяной, странный старик, что спал, зашел к ним в комнату и присел на диван легко, как тень. Вид у него был большой, ледяной глыбы, не много полупрозрачной. Ему может жалко ее стало, эту женщину. Она удивилась, а мужчина улыбнулся ему. И тогда, старик  сказал, что уходит. В первый раз они слышали его голос. Он был безликий и тихий голос.  Навсегда ушел, попрощавшись, он. Приоткрыл дверь и испарился. И кому мешал не понятно.… И зачем ушел? И главное, зачем пробудился? Только когда он ушел, что - то вдруг стало по-другому с ними.

 

 

 

 

Думаю, узнать больше про этих самых любимых животных)
Так что, наверное буду выкладывать видио про них.

Мне, показался интересным этот ролик)

Утро всегда  туманно. Надо сказать, теперь, я работаю в больнице.

Занимаюсь очень важным и полезным делом - общественной работой.  По утрам в больничке свежо. По двору,  шастают, туда - сюда санитары. Многие из них со мной здороваются.  Мимо проходят рабочие, в красных комбинезонах с деловым видом всегда, ну и с комплиментом, обращаются ко мне с разными просьбами. Один из них, с большими усами, называет меня сударыня. Он часто, за утренним кофе, недоволен нашим правительством, и слегка поправляя усы, ругается матом.

Наш начальник же, любит теребить кошку, и наблюдать за ее повадками. Он сам похож на большую кошку, которая повесила на себя два ведра на коромысле, насвистывая, шла легкой походкой  за водой к реке. Делая вид, что никого не замечает. Хотя все и всех уже давно заметила. Он, тоже поддерживает тему – правительство. И мы за новостями, слушаем это мирное негодование, и пьем дымящийся кофе. А на улице много снегу.  Ездит по дорожкам больницы дядька на машине, и  разгребает эти сугробы.

В нашей хозяйственной части, есть некая дама - Визма.  Она редко ходит на работу, и слегка того похоже, потому как, секса у нее давно не было. Таковы слухи. Однажды наш начальник поймал ее на территории зеленой зоны, где она присела облегчиться в тени деревьев. Сказал, что напугал сзади.

Утро всегда туманно на территории больницы. Сегодня видела старичка лет так ста. Сморщенный он и с закрытыми глазами. Куда-то его тащили санитары на тачке по большему, и длинному коридору. Когда, встанешь и попробуешь увидеть, что там в его конце, начинает казаться, что там тупик и больше нет ничего.

Есть у нас один кадр –  Черт.  Похож уж очень. Работает у самого огня. С самого утра и до полудня, сжигает мусор в кочегарке. Не знаю почему, но мне кажется, что эта работа ему нравится. Это написано у него на лице. Но, он никогда не улыбается, только махнет головой и опять погрузится в дым и разгребание  мусора. Иногда кажется, что и мне когда-нибудь придется оказаться в лапах этого старика, который сожжет меня, и мой прах будут вдыхать мимо проходящие люди, которые быть может, в этот момент будут щуриться от весеннего солнца, вдыхая то, что было  когда – то мною…

 Утро в больнице всегда туманное. Оказывается, раньше эта больница была монастырем. И мне даже пару раз казалось, когда шла по ее парку, что я вижу попа, который идет по дорожке, и полы его рясы развиваются. Остановлюсь, пригляжусь, а это просто женщина в черном плаще, уклоняется от ветра.

Мир как всегда не стоит на месте. И мы движемся вместе с ним в колеснице. Близко вам это или нет.

 

 

 

Мои импровизации Леди Ди.)

Все случилось в один из снежных дней. Мне стало скучно гулять одной, и я позвонила Марку. Он был дома, жарил рыбу на кухне. С ним был его друг Костя, который улыбался мне доброй улыбкой. Я уселась в уютное кресло, а Марк стал заваривать мне зеленый чай. Костик ел рыбу пальцами, это был хек, и я с любопытством смотрела на этого мальчика, которого видела впервые, и он мне казался симпатичным. Время от времени его рот растягивался в улыбке, и он сам ласково смотрел то на меня, то на Марка. Вкусный чай, мой друг Марк… Вдруг, один за одним, стали всплывать воспоминания о наших с ним походах в лес, который мы видели и чувствовали вдвоем. Этого я не забуду никогда. Марк- художник, самый больной, самый несчастный и самый счастливый из всех моих знакомых. Его лес был наполнен, палками – магическими амулетами, энергетическими полянами, деревьями, которым можно было рассказывать самые страшные свои тайны. Марк тогда, был рядом как проводник, и стоило только захотеть, как они уже тянули к тебе свои ветки, а он был наготове, серьезный, решительный, всегда на пути к новым открытиям. А еще мне всегда нравилось, что у него была уйма времени, он никогда не куда не спешил, и был готов повернуть жизнь вспять.
Костик, его друг, мечтал покататься на санках. На улице был снег, на столе рыба хек, его жирные от рыбы пальцы собирали кости со стола, а Марк угощал меня странным варевом из просроченных помидоров, которое они вместе с большим аппетитом потом уплетали. Костя рассказывал историю про себя, из которой он заключил, что он не буддист, и ему нравятся обычные мелочи, из которых состоит наша жизнь, а потом добавил - ну или почти. Взглянув на меня, он спросил, прав ли он в этом своем суждении. Я не знала, что на это сказать и промолчала. Марк что- то вещал про свойства чая, и смотрел на меня заискивающим взглядом. Я делала вид, что слушаю. Или и вправду слушала? Я уже сама не понимала… Как-то слишком уютно почувствовала себя, на этой кухне, среди этих двух людей. Потом мы плавно переместились в комнату. Перед тем как туда проникнуть, Марк остановился, посмотрел хитро на нас, и сказал -“ Добро пожаловать в мой мир”. Это было произнесено с полной серьезностью. Надо ли говорить, что перед тем, как пройти в этот «мир» мы пересекли комнату его бабули, которая вязала лежа на диване, и предупредила нас с большим сарказмом, что впереди нас ждет нечто незабываемое. Первое, что я увидела - был диван, над которым висел странный инструмент, такая подвешенная к потолку на веревках труба, которая время от времени раскачивалась. Все вокруг было очень нереальным, казалось, что какой-то необычный человек, в таком удивительном порядке, расставил вещи и продумал все, вплоть до каждой мелочи. Посреди комнаты стол с книгами, на стенах, фото индусов в странных головных уборах. Как будто бы они в стадии чтения ом, рекламировали шапки, шляпы, которые были самых диких форм, и ярчайших цветов. Этакие Йоги – Наполеоны. На лампе висел желтый, потрепанный абажур со значками времен советского союза. Секция, совкового типа, вся во всевозможных находках - старинных статуэтках, аккуратно разложенных кусочках материи, вязанных вручную салфетках, наклейках, маленьких и больших трубках, подсвечниках. У каждой такой мелочи, было свое место, каждая тряпочка и бутылочка покоилась с величием и расстановкой. Создавалось ощущение, что попал в музей, истории одного субъекта. Были еще баночки для масел, бутылочки разной формы, на столе валялись какие- то рукописи с зарисовками и библия, а так же кое какая литература про секты. Все эти вещички, были расставлены с большой тщательностью, и практически сразу, окинув взглядом комнату, можно было бы сказать, что эти предметы составляют огромную ценность для живущего там человека.
Когда мы уселись на диван, Марек показал нам функцию его подвешенной трубы. Все с той же серьезностью, и лицом как минимум дирижера огромного оркестра, он ударял по трубе не большой железкой, которую достал из-за шкафа. Звук выходил не очень, но процедура была супер. Мы с Костиком все очень внимательно наблюдали, если я еще иногда смеялась, то Костя был серьезен. Часто он смотрел на меня большими теплыми глазами.
Потом мы рассматривали его “сувениры”, пили чай, и делились историями про, - “другую реальность”. Этот необычный мир, как будто с радостью, принял нас в свои удивительные объятья. Мы спорили, дурачились, смотрели в глаза друг другу, и они были наполненными каким-то детским озорством. Потом, Марк достал откуда-то, не большую трубочку. Ударяя, несколько раз по трубке ложкой, получался протяжный тяжелый звон, казалось как- будто, где- то вдалеке звенит колокол. В комнате было тихо, мы, с Костей молча, наблюдали, а может, думали каждый о своем, а Марек звонил. Весь вечер был наполнен, разными звуками. Когда уже смеркалось, за стеной его бабушка читала молитвы вслух, а мы слушали Deadcandance. Костик что - то рассказывал про свое детство, Марк играл уже на гармошке. Я нацепила его солнечные очки и улыбалась. В этом странном мире, мне было хорошо, как то слишком даже. Потом мы с Костей шли домой, и он рассказывал, о том, как он отдыхал у деда в деревне. Он создавал впечатление, счастливого человека, и я даже спросила, легко ли ему живется. На что он ответил, что бывало и совсем худо, но как- то выжил.

Какое, сегодня красивое и туманное утро в Риге. Смотрю в окно, на шатающиеся деревья, улыбаюсь, и слушаю, вот это исполнение Отеля Калифорния.)

В каком-то смысле меня околдовала индейская музыка. Кажется, что это очень сильные энергетические вибрации. Спасибо wkirman за наводку, на чудесный фильм об индейцах.

Вчера я сразилась с тремя работниками “клуба” Дианетиков.Это такая организация, толи религиозная, толи эзотерическая.
Пришла устраиваться на подработку, и в итоге два часа провела с ними в дебатах. Всего, это “интервью” заняло у меня два с половиной часа.
Для начала они мне предложили заполнить тест на двести вопросов. После которого, одна из них сказала, что я им сразу не подхожу, и мне придется пройти какой-то курс, где меня научат как надо жить. Я, конечно, поинтересовалась в чем именно у меня “проблемы”?
В итоге, получила неясный ответ про то, что видимо, меня в детстве обижали, и поэтому в общении, я более закрыта, чем им надо. Наверное, эта девушка не много не корректно себя вела, когда выносила свое суждение, и я, отказалась подтверждать, что у меня есть такого рода “комплексы”… Хотя, я считаю, что с этим тестом можно поспорить. И такую установку, можно создать почти любому человеку.
Или просто, на тот момент разговора, после двухсот вопросов, надо заметить достаточно, философского характера, и их фильма, где на меня смотрели уж очень сверкающие и улыбающиеся глаза, я была уже уставшая и злая, что пришла в принципе не о проблемах детства говорить, а устроится на подработку. Дискутировала, я с каждой из них отдельно, по минут двадцать, и с ними вместе - о людях, жизненных целях, психологии, религии, проблеме сект и о чем- то еще. Только под конец разговора, поймала себя на мысли, я ведь пришла не спорить с ними о жизни и не для того, что бы доказывать, что их методы “обработки” не работают. Я не собиралась давить на них, довольно таки простыми рассуждениями, которые приводили их в замешательство. Я же просто хотела устроиться на работу… Куда, конечно меня не взяли.

Я теперь точно знаю, где скрываются трупики голубей и ворон. Они покоятся в листьях парков. И только молчаливые дворники, взмахом метлы развеют их прах.
Я видела больших дождевых червей. Они раздулись как настоящие змеи. Им, было, тепло покоится в земле укрытой вонючей травой, которая уже отцвела.
Со мной хотела познакомится одна местная ворона. Она нагло преследовала меня по парку больницы, где я укрывалась, возможно, это была ее территория. Я пару раз с ней заговаривала, но она молчала.
По улице часто снует туда - сюда один нервный санитар. Он всегда отводит взгляд, и никогда не здоровается. Сегодня он развозил на коляске старую бабулю, а потом деда, при этом походка у него была подпрыгивающая.
Странный бомж рылся в мусорнике. Открывал быстро пакет за пакетом, надыбал себе салатов в пластмассовых банках, кажется жареную рыбу, и допил, чей - то сок.
Ехала домой, девушка с большими карими глазами, с интересом заглядывала на обложку моей книги, когда я ее поднимала, чтобы перелистнуть страницу.
Потом, я пыталась услышать, что она слушает в своем плеере.
В целом мир вокруг крутиться с обычной скоростью.

А вот фотка скромной девушки, (подруги). Когда она попросила интересные кадры для мужчин, я ее пофоткала.
Вышло вот так.)




Ура! Я могу снимать для порно журналов! Шутка.))))

В журнале у ommirus нашла эту просто удивительную группу.



Этакий лже Бог.

 

В пять утра проснулась и сразу вспомнила свой сон.

Там, мне написал смс книжный человек, и пригласил в гости.

В восемь утра закончила работу. И мы с котом Дусей, ждали начальника, смотрели телевизор и ели оладьи. Коты едят оладьи!

В полдесятого я зашла в уютное кафе, в центре, и взяла чай с лимоном.    Кафе было полупустое. На кухне три девушки, что готовили, весело распевали песни.

   Читала Мураками там, про отель Дельфин. Теперь буду читать по утрам в кафе. Мне нравится.

Ехала домой в автобусе. Зашел парень, и сказал рядом стоявшей девушке:

- Привет!

-Привет, я тебя не узнала!

- А он –  А я тебя узнал.

Думала, думала и думала…

Решила, что пойду учиться!Куда? Навела справки у духов.

Вспомнила пару раз за день о сексе.  

Кое - что вспомнила и про любовь.





Нечто незабываемое...

 

 

 

 

У Милены.

Верлен и Рембо...
На мой взгляд самый захватывающий отрывок из фильма, про связь, двух писателей гениев, который я нашла на ютубе.

Сегодня днем у меня секс под Бойцовский клуб.(fight club). Это фильм такой. Крутой секс, под крутой фильм! И пусть всеее....

Я.
Некоторые импровизации Юры на фото Иштар.







Это оригинал. (фото Иштар).